Поддержать Продолжение следует
Поддержать
Новости

«Война ведётся не с наркотиками, а с наркопотребителями»

Почему в России все больше подростков умирают от запрещенных веществ

10.12.2022
Фото: depositphotos.com

В России число погибших от наркотиков детей и подростков выросло в 2,5 раза за последние пять лет. Об этом сообщил начальник главного управления по контролю за оборотом наркотиков МВД РФ Иван Горбунов. По его сведениям, увеличивается и число несовершеннолетних, которые совершили преступления, связанные с наркотиками «в форме соучастия». Представитель МВД ожидает, что эта тенденция сохранится до конца года.

Редакция «Продолжение следует» решила выяснить, почему российские подростки стали умирать чаще и что еще можно сделать в России, чтобы число таких смертей уменьшилось. Для этого мы поговорили с экспертами, которые давно работают с наркопотребителями: автором проекта Drugmap.ru Алексеем Лаховым, юристом проекта Hand-help.ru Арсением Левинсоном и врачом-психиатром Open Mind Clinic Артемом Ефремовым. Все они единодушны: такая высокая смертность среди подростков объясняется тем, что за последние несколько лет изменились как сам рынок наркотиков, так и способ их получить.

Сейчас популярностью пользуются синтетические вещества — спайсы, «соли», сильнодействующие опиаты, передозировки которых приводят к смерти. Чего нельзя было бы представить в случае с наркотиками растительного происхождения.

Фото: depositphotos.com

Появились и так называемые «дизайнерские» наркотики — китайские синтетические вещества, отмечает Арсений Левинсон. Они значительно дешевле растительных, но создают тот же эффект, что и тетрагидроканнабинол. По словам всех трех экспертов, последствия употребления таких наркотиков абсолютно непредсказуемы. Так, от опиоидов может остановиться дыхание, что приведет к смерти.

Кроме того, купить наркотики стало проще — через даркнет или «Телеграм». Сейчас, как рассказывает Алексей Лахов, не нужно даже искать наркодилера, дежурить у его подъезда — достаточно просто загуглить нужное название и прийти за закладкой.

По словам Арсения Левинсона, смертность растет в том числе из-за того, что нет посредника в виде этих самых наркодилеров. Как ни парадоксально, но раньше они выступали не только продавцами, но и своего рода наркопросветителями: могли объяснить, как действует то или иное вещество, как себя обезопасить в случае передозировки. Сейчас подростки забирают закладки и могут даже не знать, что за вещество у них на руках. К тому же закладки часто путают. Иногда, говорит Левинсон, ребята могут умереть целой компанией, потому что употребили не то, что планировали.

Правда ли все так плохо?

По данным Росстата, в 2021 году было зарегистрировано более 21 тыс. случаев отравлений от наркотиков. Это на 17% больше, чем годом ранее. Смертельных исходов тоже было много — около 10 тыс., что также больше, чем в 2020 году.

По данным Минздрава за прошлый год, число наркопотребителей в России оценивается в 400 тыс. человек. Алексей Лахов добавляет: госотчеты всегда не успевают за реальным положением дел, поэтому в реальности цифры катастрофичны. Так, число наркопотребителей по всей стране точно превышает несколько миллионов. В частности, это коррелирует с данными по передозировкам.

Алексей Лахов. Фото: из личного архива

Как подчеркивает Алексей Лахов, проблема российской статистики упирается в том числе в то, что нет токсикологической базы, которая позволит выяснить, какими наркотиками отравились люди. Как следствие, неизвестно, что на самом деле они употребили. Так, в 2021 году почти половина отравившихся наркотиками пострадала от неуточненных веществ или психодислептиков. Как отмечает Лахов, если из-за наркотиков отказали почки или произошел перегрев организма, людей могут даже не вносить в список умерших от передозировки.

Чем усугубляется ситуация?

На практике, когда у человека случается передозировка, люди боятся вызвать скорую помощь. Ее приезд сопряжен с приездом полиции, которая обязательно составит административный протокол, даже если не будет доказано хранение наркотиков, говорит юрист Арсений Левинсон.

В случае с подростками ситуация усугубляется тем, что они сразу попадают в систему уголовного судопроизводства: их могут допрашивать как свидетелей, сделать обвиняемыми по факту сбыта веществ. Естественно, что подросток сразу оказывается под давлением, репрессиями, его ставят на наркоучет в психдиспансер, на учет в школе, об этом узнают родители, учителя, одноклассники. И в случае с подростками полицейские, чтобы установить наркосбытчика, «всегда копают глубже», отмечает Левинсон.

Арсений Левинсон. Фото: из личного архива

— Если число передозировок растет, тогда зачем с наркотиками воевать? — задается вопросом Алексей Лахов. — Война ведется не с ними, а с наркопотребителями. Люди даже боятся вызвать скорую помощь из-за наряда полиции. И когда человек откроет глаза в токсикологическом отделении, его будет ждать штраф за немедицинское потребление. Люди боятся попасть в систему государственного диспансерного наблюдения, поэтому думают несколько раз, прежде чем вызвать скорую даже для друзей.

Нередки случаи, когда ребята отвозят товарищей в больницу, бросают прямо у дверей или вообще ничего с этим не делают и просто убегают.

Как отмечает врач-психиатр Артем Ефремов, стигматизация наркопотребления ведет в том числе к тому, что и родители, узнав о проблемах ребенка, боятся прийти к специалисту. Якобы из-за суицидальных или депрессивных настроений подростка сразу поставят на учет в больницу, в будущем он не сможет водить машину или устроиться на работу. Однако именно психические расстройства, как, например, пограничное расстройство личности, в разы увеличивают риск, что подросток начнет употреблять психоактивные вещества. Несвоевременное обращение к врачу усугубляет ситуацию, говорит психиатр.

Почему подростки все равно употребляют, несмотря на антипропаганду наркотиков?

По мнению всех трех экспертов, опрошенных редакцией, подростки в России в большинстве своем предоставлены сами себе. Неумение справиться с чувствами, отсутствие возможностей для самореализации, насилие в семье и школе приводят ребенка к поиску простого выхода. Часто они видят такой выход в алкоголе и наркотиках.

Фото: пресс-служба УМВД России по ЕАО

Как подчеркивает Артем Ефремов, лекции о вреде запрещенных веществ в школах делаются «для галочки», а не из реального желания помочь.

— Если папа бьет ребенка и его маму, то никакая лекция, что наркотики — это плохо, обстановку в семье не изменит. Точно так же она не поможет, если из-за социальных трудностей мама вынуждена работать на трех работах, не уделяя внимание ребенку. Безусловно, лекции могут помочь что-то прояснить, но убрать стимул, который побуждает уйти в другую реальность и избавиться от проблем на время, они не смогут, — отмечает специалист.

Артем Ефремов. Фото: из личного архива

О том, что у нынешней профилактики наркопотребления среди подростков нет никакой эффективности, говорит и автор проекта Drugmap.ru Алексей Лахов. Он отмечает: сейчас школьные психологи приглашают правоохранителей, которые тестируют детей на наркотики, выявляют ничтожное количество употребляющих и отчитываются о своей успешной работе. Но вместо этого нужно учить детей работать с чувствами, эмоциями, установками, помогать находить выход из сложных ситуаций не в деструктивном русле. Ведь именно из-за неопытности, не до конца созревшей системы ценностей и недооценки рисков подросток начинает употреблять, уверен Лахов.

Арсений Левинсон также считает, что школьные лекции никак не помогут подростку чувствовать себя важным и нужным. В том числе из-за того, что сейчас в России дети никак не могут реализоваться в общественной жизни, кроме как в «казенной ура-патриотической активности».

Фото: depositphotos.com

— В школах нет нужных программ снижения вреда от наркотиков, профилактики передозировок среди несовершеннолетних, зато есть бессмысленные, запугивающие уроки, где говорят: если один раз употребите — на всю жизнь станете наркоманами и пропащими людьми. Это создает чудовищную стигму, благодаря которой человек с большей вероятностью станет наркозависимым, — считает Левинсон.

Что еще можно исправить, чтобы смертей в России стало меньше?

Эксперты говорят: сейчас, в условиях, когда в России действует карательная наркополитика и детям становится все сложнее быть услышанными, нет определенных мер, которые помогли бы снизить подростковую смертность. Все три специалиста считают, что нужно кардинально менять подход как в законах, так и в отношении людей к наркопотреблению.

Фото: depositphotos.com

— В Исландии, да и в России, были программы по принципу «равный равному» с тренингами, как подросткам говорить с друзьями о наркотиках, как предлагать альтернативу и что делать, если им предлагают попробовать, — говорит Алексей Лахов. — Кроме того, родители могли бы больше говорить с детьми, направлять их к психологам, но делать это не в морализаторских категориях, а пытаться понять, почему подросток начал употреблять.

Родители должны делать это достаточно аккуратно, бережно и нежно, а не сразу рвать на себе волосы и думать, что разовое употребление приводит к конченной наркомании и что надо срочно запрятать ребенка в какую-то частную клинику, заплатить кучу денег и получить непонятный результат.

Врач-психиатр Артем Ефремов считает: пока подход к помощи наркопотребителям в стране не изменится, никакие программы не смогут изменить ситуацию.

— Это, к сожалению, вершина айсберга той проблемы, которую нельзя решить без глобальных изменений, — говорит специалист. — Что сейчас может сделать государство? Как минимум не закручивать гайки российским НКО, которые помогают детям справиться с проблемой. Но это уже происходит и только затрудняет работу.

Фото: depositphotos.com

Юрист проекта Hand-help.ru Арсений Левинсон подчеркивает: сейчас политику в области наркотиков определяют силовики. Ничего другого они предложить не могут, и, по их представлению, никаких мер предлагать не нужно.

— Расходы на здравоохранение сокращаются, а детских государственных реабилитационных центров нет. Наркотики, несмотря на отчеты правоохранителей об успешно закрытых нарколабораториях, продолжают оставаться доступными.

Но нужно начать с простых решений. Снять с врачей погоны, чтобы подростки могли обращаться к медикам анонимно, создать психологические программы профилактики. Чтобы помощь не ограничивалась только уголовными делами, —

отмечает эксперт.

Маргарита ШЕХОВЦОВА

    Подпишитесь на рассылку. В случае блокировок РКН – мы всегда останемся на связи!

    Сюжеты

    «На Путина не гадаю»

    24.03.2023

    Как устроен магический рынок в России, и как на него повлияла война

    Сюжеты

    Беларусь участвовала во вторжении в Украину под видом «зелёных человечков»

    «Продолжение следует» публикует расследование наших партнёров «Заборона Медіа» об участии Беларуси во вторжении в Украину

    23.03.2023

    Продолжение Следует

    Сюжеты

    Зачистка либеральной столицы

    22.03.2023

    Продолжение Следует

    Евгений Ройзман может не выйти из СИЗО, а следующей жертвой станет «Ельцин-центр»? Тревожные ожидания Екатеринбурга

    Разборы

    Почему миллионы верят в заговор Билла Гейтса

    В новой серии Разборов — о самых известных и безумных теориях заговора. В этом тексте — про коронавирус.

    22.03.2023

    Продолжение следует. Разборы

    Люди

    «В России у мафии есть государство»

    20.03.2023

    Продолжение Следует

    Интервью с Михаилом Крутихиным, экономическим аналитиком и специалистом по нефтегазовому рынку

    Сюжеты

    Уроки грузинского

    Что такое мирный протест, и как грамотно к нему подготовиться

    20.03.2023

    Продолжение Следует

    Сюжеты

    Как пропагандист Соловьев пытался заказать криминального авторитета за 10 тысяч долларов

    16.03.2023

    Пересказываем расследование The Insider и общаемся с его автором

    Сюжеты

    «Обижают стариков и детей»

    Как пропаганда закрепляет стереотипы в головном мозге человека — мнение биолога Ильи Колмановского

    16.03.2023

    Сюжеты

    Русские против русских

    14.03.2023

    Продолжение Следует

    Кто напал на село в Брянской области, и как российские националисты оказались по разные стороны линии фронта. Исследование «Продолжение следует»

    Люди

    «Бенефициаром оказалась Певчих»

    Иноагент и фигурант санкционного «списка 6000» от ФБК Алексей Венедиктов в интервью Павлу Каныгину

    13.03.2023

    Продолжение Следует

    Сюжеты

    Забытые «Алёшки»

    10.03.2023

    Разбираемся, куда так быстро деваются символы российской пропаганды

    Разборы

    Как домашнее насилие стало национальным позором России

    Россия — мировой лидер по домашнему насилию. Неужели в России живут более жестокие люди? Или дело в чём-то другом?

    10.03.2023

    Продолжение следует. Разборы

    Разборы

    Почему власти закрывают глаза на варварские практики женского обрезания

    08.03.2023

    Продолжение следует. Разборы

    Ежегодно тысячи девочек становятся жертвами изуверских манипуляций. Как так выходит, и что с этим делают? А вернее, не делают.

    Сюжеты

    «Надо быть на короткой ноге с военкоматом и похоронщиками»

    Как война сказалась на уровне жизни провинции и, в частности, на рынке недвижимости

    07.03.2023

    Продолжение Следует

    Люди

    «Силовики – это новый средний класс»

    06.03.2023

    Продолжение Следует

    Политолог Андрей Колесников о том, когда Путин задумал войну и как россияне её оправдывают

    Сюжеты

    Где полиции искать «тысячи убийц»

    Или что общего у ЧВК «Рёдан» с националистами, «Синим китом», АУЕ и скулшутерами?

    04.03.2023

    Сюжеты

    «ЧВК Рёдан» атакует

    04.03.2023

    Что за новая субкультура в клетчатых штанах орудует в ТЦ по всему СНГ — выясняем с востоковедом

    Разборы

    Как геи напугали Путина

    Как 2008 год в российской истории стал переломным моментом ухода от свобод к так называемым «традиционным ценностям».

    03.03.2023

    Продолжение следует. Разборы

    Сюжеты

    «Убить одну девчонку и захватить трёшку в Москве»

    02.03.2023

    Продолжение Следует

    «Продолжение следует» разбирается, как устроен бизнес по отъёму квартир. Мы нашли рейдеров и тех, кто им противостоит