Поддержать Продолжение следует
Поддержать
Сюжеты

«Мы чужие не только к боли украинцев, но и к боли друг друга»

Павел Каныгин о том, как «хорошие россияне» выглядят со стороны

Фото: Влад Докшин

Дело было в Европе в ноябре. Мы впервые увиделись с Аней, моей давней и близкой приятельницей из Киева, — впервые после начала войны в Украине. И Аня тут же поправила меня: не после войны, а после начала вторжения: «Война-то началась еще в 2014 году». «Да, конечно, — сказал я, — прости». И хотя тем для разговора было много, все время, что мы находились рядом, я ощущал, будто у меня ком в горле. Когда не знаешь, что сказать, потому что любое слово, мысль или переживание совершенно бессмысленны и неуместны, если поместить их в контекст, в котором живет и работает моя приятельница Аня. 

— Как дома? — спрашиваю я.

— Иногда холодно, — говорит Аня. — Но, когда восстанавливают свет, бывает даже очень тепло, 22 градуса.

— Ничего себе! У меня за такое соседи полицию вызовут, если узнают, — говорю и не успеваю себя остановить. — Знаешь, сколько приходится платить? Это п…ц, а не цены за киловатт/час!

Аня смотрит на меня взглядом, в котором одновременно и жалость, и удивление.

После каждой реплики я ловлю себя на мысли, что после всего, что сделала моя страна в Украине, я никак не могу осознать, что имею к этому отношение. Понимаю это умом, но не могу поместить себя в контекст моих украинских друзей и определить в нем собственное место. Такое просто не осмысливается. А потому всякий раз я мучительно подбираю слова. И получается в лучшем случае что-то неловкое, в худшем — обидные для наших друзей из соседних стран псевдоинтеллектуальные закидоны.

Как-то я сказал своему другу-украинцу: «У вас хотя бы правительство с народом. Война закончится, вы отстроитесь. А что останется от России, если у нас власть против народа?» Друг набрался терпения, за что я безмерно благодарен, и объяснил: «Сказал бы это житель Казахстана, Мексики или даже Беларуси, я бы сочувственно вздохнул. Но, когда это говоришь ты, россиянин, каким бы ты ни был хорошим, ты же опять говоришь только о себе, о том, как вам плохо. Ты понимаешь хотя бы, что попутно принижаешь страдания тех, кто в Украине. Мол, вы отстроитесь, а настоящие-то жертвы — это мы, русские». 

— Но жертвы — и мы, и вы? Все жертвы…

— Да срать я хотел на всех! Это же вы напали, почему я должен слышать, как вам плохо? Война у нас дома, десятки городов стерты с лица земли, десятки тысяч погибли — ты это уже не отстроишь назад и тех же людей не нарожаешь, как у вас там принято, пойми! Вот о чем надо говорить.

— Но мы говорим обо всем…

— Но в основном о себе, — вздохнул мой друг.

Меня этот разговор сильно разозлил. Потому что это правда.

С одной стороны, он стал иллюстрацией нашего эгоизма, в котором действительно пребываю я и многие «хорошие русские». Когда мы смотрим на мир вокруг себя исключительно через линзу нашего во многом невежественного и надменного по отношению к другим восприятия. Ведь как еще объяснить, что многие российские беженцы, укрываясь в соседних странах, где, к их счастью, говорят по-русски, начинают вести себя как дома? И как еще объяснить так называемую оговорку ведущего «Дождя» Леши Коростелева, который — в ситуации замерзающих без воды и света украинцев — посочувствовал российским мобикам, которые едут этих украинцев убивать? 

С другой стороны, трудно упрекать российских журналистов в том, что именно сейчас им критически важно быть понятными российской аудитории и уметь обращаться к их боли, выстраивая доверие и обращая их в конечном счете против войны. И тот же Коростелев, несмотря на чудовищно неуместную реплику, остается российским журналистом, думающим о том, как остановить страдания и кровопролитие своего народа. Коростелев сочувствует россиянам не в меньшей степени, поскольку считает их такими же жертвами путинского режима. И ведь это тоже правда.

***

С позиций рацио задачи и устремления антивоенно настроенных россиян и украинцев сейчас общие. Но наша зацикленность на самих себе и собственных переживаниях и вправду не может не раздражать. Соотнести себя с травмой моих украинских друзей оказывается очень трудно хотя бы потому, что мы не представляем, через что они проходят. Не помогают даже аналогии, понятные всем в России, находящиеся в архетипе нашего сознания.

Недавно кто-то сравнил российские военные атаки на критическую инфраструктуру Украины с блокадой Ленинграда немцами — только в еще большей пропорции. Этот образ, знакомый многим в постсовке, конечно, не протрезвит одичавших радикалов и не разбудит зачарованных телевидением. Но может ли он вызывать сочувствие у тех, кто сохранил трезвость рассудка, но от бессилия изолировался от чужой боли?

Я, говорят эти люди, продолжаю жить свою маленькую жизнь, я выживаю, оказавшись во мраке путинизма без будущего и привычного образа жизни; мы скитаемся по зарубежью, нас травит власть и презирает, повсеместно «отменяет» развитый мир, поэтому моя борьба — это мое личное выживание, мне тоже плохо / я тоже жертва — и потому буду пить свою лучшую чашку кофе!

***

Иногда бессилие выглядит комично. Иногда даже агрессивно. Наша неловкость в обращении с чувствами соседей, наша эмоциональная тупость — хоть и признак нашего колониального образа мысли, но еще и наша большая внутренняя национальная травма.

Мы чужие не только к боли украинцев, но и к боли друг друга. Чем страшнее среда вокруг, тем сильнее хочется от нее спрятаться за фасадом мнимой нормальности.

В этом случае я всегда напоминаю себе: хоть я тоже жертва и беженец этой войны, но оказался в куда более привилегированном положении. При этом осознание своей привилегированности — то еще испытание. Для кого-то просто невозможное. Но все же посильное, если потрудиться и не лениться натренированным образованием умом. 

***

Когда в июле 2014-го, через день после малайзийского боинга, мы в «Новой газете» сделали обложку «Прости, Голландия», это было осознанное принятие ответственности за страну, которая ничего не поняла и не хотела понимать. Вместе с благодарностью от многих читателей мы получили тогда массу злобных писем: «Как вы смеете извиняться за всех? Мы ни в чем не виноваты!» Нет никаких сомнений, что внуки этих россиян (вряд ли раньше) будут стыдиться невежества своих семей в эпоху путинизма. Но ассоциировать себя будут именно с поступком небольшого независимого издания.

Признав тогда ответственность, журналисты изменили историю. И открыли дорогу к примирению в будущем. То, что не смогло сделать государство, сделали люди.

Ответственность за войну с Украиной тоже возьмет на себя общество. Как бы неловко и болезненно это ни было, другого пути жить по совести нет. Нет другого пути к примирению не только с украинцами и миром, но и с самими собой и следующим поколением.

Павел КАНЫГИН

Материл написан для проекта «Иными словами» (Kennan Institute).

    Подпишитесь на рассылку. В случае блокировок РКН – мы всегда останемся на связи!

    Разборы

    Психиатры в погонах

    20.02.2024

    Продолжение следует. Разборы

    Как под видом лечения пытают и доводят до безумия

    Разборы

    Навального уже не остановить

    К чему приведёт казнь политика

    19.02.2024

    Продолжение следует. Разборы

    Разборы

    «Не сдавайтесь!» Завещание Навального

    17.02.2024

    Продолжение следует. Разборы

    Памяти Алексея Навального

    Разборы

    Ошибка генсеков, которая убила СССР

    Вспоминаем Афганскую войну, но не только с ретроспективной точки зрения

    14.02.2024

    Продолжение следует. Разборы

    Разборы

    Кого и как корёжит от Дня святого Валентина

    12.02.2024

    Продолжение следует. Разборы

    Какие угрозы для российской государственности несут в себе открытки, сердечки и плюшевые медведи

    Разборы

    Как защититься от стукачей и доносов

    За что в современной России можно попасть под статью по доносу

    09.02.2024

    Продолжение следует. Разборы

    Разборы

    Почему меня пытали в Бахмуте, личная история

    07.02.2024

    Продолжение следует. Разборы

    О том, как плен в России XXI века стал системным инструментом насилия

    Разборы

    «Подохнет как собака»: как власть наказывает деятелей культуры

    А также как и зачем российская власть пытается прижать к ногтю артистов-эмигрантов

    04.02.2024

    Продолжение следует. Разборы

    Разборы

    Как Раиса Горбачёва влияла на мужа

    02.02.2024

    Продолжение следует. Разборы

    О том, как могут быть связаны модель политического лидерства и отношения лидера с супругой

    Разборы

    Кто жировал в блокадном Ленинграде, и почему это скрывают

    К 80-летию снятия блокады

    31.01.2024

    Продолжение следует. Разборы

    Разборы

    Почему Кремль унижает регионы

    29.01.2024

    Продолжение следует. Разборы

    О том, почему в регионах всё чаще вспыхивают протесты на национальной почве и причём здесь война в Украине

    Разборы

    Последний. Кандидат, который объединил людей. Что дальше?

    О кандидате «Нет войне» и об этой новой реальности, в которой мы с вами неожиданно оказались

    26.01.2024

    Продолжение следует. Разборы

    Разборы

    Тюрьма, эмиграция или бунт? Разбор вопроса накануне выборов

    24.01.2024

    Продолжение следует. Разборы

    История русской политической эмиграции

    Разборы

    Отморозился. Грандиозная ошибка Путина перед выборами

    Про инфраструктурные коллапсы как главный новостной тренд начала 2024 года

    22.01.2024

    Продолжение следует. Разборы

    Новости

    «Говорите по-башкирски, пожалуйста»

    20.01.2024

    Продолжение cледует

    Как массовая акция в поддержку осужденного активиста Фаиля Алсынова превратилась в демонстрацию национального самосознания

    Разборы

    Раша гудбай. Как «Евровидение» довело Россию до паранойи

    О том, как из музыкального конкурса делали войну, а из певцов – политиков, даже если им этого не хочется

    19.01.2024

    Продолжение следует. Разборы

    Разборы

    Сколько можно извиняться? Как гопники унижают россиян

    17.01.2024

    Продолжение следует. Разборы

    О том, могут ли публичные извинения спасти человека и как публичное унижение стало инструментом гражданской казни

    Глубинная Россия

    «Если ты здесь — радуйся птичкам»

    Карельская деревня раскололась в поисках ответа на принципиальные вопросы: пить или не пить, жить или доживать

    16.01.2024

    Продолжение cледует

    Разборы

    Городские страхи, которые власть не контролирует

    15.01.2024

    Продолжение следует. Разборы

    О происхождении фейков-страшилок и участии пропаганды в их распространении