Categories: Разборы

Сколько можно извиняться? Как гопники унижают россиян

О том, могут ли публичные извинения спасти человека и как публичное унижение стало инструментом гражданской казни

Вы читаете текстовую версию видео Разбора

Вряд ли можно придумать более бессмысленное унижение, чем публичное извинение. С недавних пор эти неискренние, безадресные спичи появляются едва ли не каждый день. А после этой голой вечеринки в «Мутаборе» мы вообще услышали много такого, что даже раньше вообразить не могли. Киркорова отменили, короля российской эстрады – могли бы вы такое себе ещё в прошлом году представить?

Да, в России настало время доносчиков и выбивателей извинений. Государство делегирует самозванцам право называть себя блюстителями морали.


Ещё лет пять назад в соцсетях под какими-нибудь шутками про Рамзана Кадырова можно было часто увидеть мемный комментарий: «Ой, будет извиняться». Да, Рамзан у нас был законодателем этой моды, и кто там только перед ним не извинялся. Теперь же пришли времена, когда неровен час – извиняться будет уже сам Кадыров. Да, сегодня никто не понимает, где тот предел, где та грань, которую переходить нельзя. Законы в России не работают, суды превратились в предприятия по обслуживанию хотелок прокуратуры и следствия, так что их функцию взяла на себя строгая и беспощадная российская мораль.

Что можно, что нельзя?

Новые запреты появляются прямо на наших глазах. Скандально известная вечеринка Ивлеевой состоялась 21 декабря, спустя буквально пару дней пошли массовые извинения от её участников. А 25 декабря сотрудников телеканала в Волгограде поувольняли за костюмированный корпоратив. Люди в свободное от работы время надели костюмы супергероев – и их наказали. Что они сделали? Почему так одеваться нельзя? Как вообще понимать теперь, что можно делать, а чего уже нельзя?

Блогер Сергей Косенко извиняется за то, что бросил в снег то ли ребёнка, то ли куклу, похожую на ребёнка – говорит, что хотел таким образом показать, как искусственный интеллект помогает создавать невероятные видео. Есть ли здесь правонарушение? Ещё недавно мы бы удивились, что за такое вообще нужно извиняться – теперь будем знать, что нужно. Уже на блогера объявил охоту и Александр Бастрыкин – хотя непонятно опять же: кукла это была или ребёнок.

А вот директриса дома культуры в городе Порхов извиняется перед жителями города за то, что на дискотеке прозвучала песня Верки Сердючки. Её хорошо поймёт директор супермаркета в Санкт-Петербурге – там тоже прозвучала песня Сердючки, пришлось извиняться.

Ну хорошо, мы поняли, что бросать детей или кукол в снег нельзя, включать Сердючку нельзя. Но что ещё нельзя? Кстати, моя дочь как-то бросала меня самого в снег. Ну что, получается, могу шантажировать теперь тебя, дочь моя, безумным дедом Басктрыкиным?

Читаем новости дальше и видим, что мужчина не может на детском утреннике играть Снегурочку – ну, как в «Ну, погоди» Волк был Снегурочкой, помните? Школе в Приморском крае за такое пришлось извиняться. Или вот житель Красноярска извинился за то, что с пьяных глаз пнул букву Z. Все вышеперечисленные случаи произошли не за год – это последний месяц.

Буквально каждый день появляются новые запретные действия и слова, а законы не меняются. Нет списка запрещённых вещей, не существует инструкции, в которой написано, что нельзя идти на вечеринку, если у тебя оголено более 34 % тела, нельзя надевать костюм супермена или поедать на Красной площади икру, если вы при этом одеты в шубу. Всё это напоминает плохого родителя, который постоянно ругает своего ребёнка, но не объясняет, что тот сделал не так. Есть наказание за нарушенное правило, но нигде не указано само правило. В чём его суть, в чём польза этих бредовых запретов для власти?

Извинений требуют все

Прошли те времена, когда Рамзан Кадыров был уникален, требуя извинений от людей по всей России. Теперь такие требования выдвигают все подряд. Ну а также теперь у нас есть Екатерина Мизулина, которую государство определило главным общественным обвинителем. Вот она и выражает якобы недовольство всего российского общества.

В начале декабря издание «Вёрстка» посчитало, что Мизулина написала доносы как минимум на 166 человек. Результат: 14 уголовных дел, 4 административных, 7 извинений, 2 повестки в армию.

На кого доносила Екатерина Мизулина и что с ними случилось. Источник: Вёрстка

Да-а-а, извинения – теперь не единственный механизм внесудебного наказания. Теперь есть ещё и повестки в военкоматы. Нет закона, по которому тебе дают повестку за правонарушение – но практика есть. Рэпер Vacío, который пришёл на вечеринку Ивлеевой в одном носке, тоже получил повестку. И Максим Тесли из группы «Щенки», вышедший на сцену в носке, получил повестку. Закон за такое не предусматривает ответственности – но беспощадная российская нравственность очень даже предусматривает.

Появляются уже даже целые организации, ориентированные исключительно на то, чтобы оскорбляться за всех россиян разом и выбивать извинения. Например, Крымский СМЕРШ обвиняет людей в том, что они покусились на величие Путина. А вот какие-то уроды заставляют извиняться жителей Белгорода за то, что те засняли удары по городу. Лучше бы спросили у начальства, почему в Белгород в принципе летят ракеты.

Да, нередко пропаганда умалчивает, кто именно потребовал извинений. В таких случаях применяются удобные формулировки: «общественность возмутилась», «люди потребовали», «россияне раскритиковали», хотя и общественностью, и людьми, и россиянами может оказаться всё та же Екатерина Мизулина.

Вас могут заставить извиниться мусульмане. Могут христиане. Могут патриоты. Может Ростех. Ну или просто менты.

Извинения выбиваются угрозами и насилием, а путинский режим с удовольствием делегирует всем подряд право на эти угрозы и насилие. Кадыров считает, что плохо одно, Мизулина видит зло в другом, региональные активисты заставляют извиняться за третье. Россиянин как будто переплывает реку с крокодилами, акулами и пираньями, пока на него сверху бросают камни. А если ему удаётся доплыть до берега, то там стоит Мизулина с товарищем майором и спрашивает: «Почему без жилета плавал? Извиняйся».

Не словом, а делом

Но давайте опять вернёмся в недавнее прошлое. Вот человек, допустим, извинился. Хоть перед тем же Кадыровым – что с ним будет дальше? Ну, возможно, избиение или какое-нибудь ещё публичное унижение. Ну и всё: адресат извинений доволен, что человек проявил слабость, на языке Кадырова – «унизился», значит, про него можно забыть. Но в 2024 году вся Россия извиняется иначе. Сделал что-то, извинился – а дальше к тебе приходит налоговая, и это в лучшем случае. Вероятнее всего на тебя заведут дело.

Певец Шарлот, вернувшийся в Россию после того, как сжёг паспорт, вообще извинился перед всеми сразу, но остался за решёткой.

И это урок всем: извинения не работают и не спасают. Начинается банальный подкуп – все же знают, что в России можно дать взятку, вот и дают взятку. Например, Филипп Киркоров жертвует гонорары пострадавшим от удара по Белгороду. При этом он не просто отдаёт деньги, но и называет удары терроризмом – то есть и платит, и поддакивает пропаганде. Ксения Собчак и Лолита Милявская тоже вон помогают пострадавшим белгородцам. Ну а владелец оскандалившегося «Мутабора» дарит церкви мощи. Даже смешно думать, сколько вариантов деятельного раскаяния он перебрал до того, как остановился на мощах. Но его выбор понятен – пошёл туда, где скрепы. Клуб всё равно закрыли на три месяца, но, быть может, своим жертвоприношением он спас себя лично, а не бизнес, что уже неплохо.

Война открыла и ещё один путь искупления – поездка на фронт. Так ты подтверждаешь лояльность режиму, потому что только ему нужна эта война. И это ведь тоже подкуп – люди тратят свою популярность и репутацию в обмен на милость чиновников. Директор по развитию музыкальных проектов VK Константин Сидорков, засветившийся на той самой вечеринке, съездил на фронт – и теперь будет надеяться, что не уволят.

Сломанный консенсус

До войны в путинской системе были довольно понятные правила, по которым жили элиты. Единственное, что от них просили – не лезть в политику. При желании построить политическую карьеру можно было стать доверенным лицом Путина на очередных выборах или пойти в Госдуму, но заигрывать с оппозицией воспрещалось.

Зато частная жизнь была действительно частной. Развлечения, сексуальная ориентация, наркотики – как хочешь, так и отдыхай. И даже специально Путин разяснял, что в России не притесняют геев, ведь он лично вручает им награды. Естественно, гомофобия всегда была скрепой – но высшим слоям общества позволялось что угодно. А теперь нет. Теперь даже Володин и Греф ну совсем не геи.

Источник: РБК

Но для дедов из Совбеза что геи, что голые люди, веселящиеся на вечеринке, – одинаковая мерзость. Теперь личная жизнь звезды перестаёт быть личной. Это раньше жена Пескова или Алина Кабаева могли фотографироваться голыми – теперь нравы другие. Хотя Кабаевой, учитывая её близость к президенту, наверное и можно.

В общем, на вечеринку нельзя. Точнее, можно, но чтобы совсем без камер. Или кто-то думает, что российские чиновники только с удочкой отдыхают на рыбалке?

Но в ситуации, когда можно быть виноватым за что угодно, все теряются. Да, чиновники и элиты в широком смысле научились публично любить войну, любить Путина. Привыкли фотографироваться с солдатами и вручать награды вдовам погибших. Но за пределами показушных декораций вести совершенно другой образ жизни. Теперь они не понимают, чего делать нельзя. Теперь аморальным может оказаться буквально всё.

Воинственные крикуны и доносчики стали силой, с которой государство, подсевшее на иглу милитаризма, не может не считаться. Сами крикуны чувствуют, что оседали волну, что можно заработать имя и деньги, изрыгая всё более дикие инициативы, утягивая общество в радикальный консерватизм. Они чувствуют, что нравится Путину и чего боится его поколение, и играют на этих страхах. Вот и получается, что каждый день у нас новые запреты.

Но только посмотрите на этих авторов: ведь ни Мизулина, ни Соловьёв, ни Симоньян ни капли не живут по этим правилам, они всего лишь прошаренные циничные конформисты, любители роскоши, играющие в праведников.

Как не попасться

Хотелось бы поделиться инструкцией, которая поможет не стать жертвой доносчика, но кажется, что её просто не может существовать. Каждый доносчик сам определяет, что именно с сегодняшнего дня является общественно порицаемым и даже наказуемым, а полицейские и следователи послушно заполняют бумажки с новыми делами. А как не быть послушным и не внимать этому бреду, если такова теперь политика партии и новая норма? Даже если ты и не согласен с этим, так ведь из каждого утюга теперь говорят, что любое проявление индивидуальности – теперь запрещено.

Можно оказаться виновным из-за яркой внешности. Или из-за одежды – вдруг кто-то увидит преступное сочетание синего и жёлтого цветов на кофте. Ну или из-за недостаточно количества одежды. Может, летом Соловьёв пойдёт писать доносы на посетителей пляжа – они ещё более голые, чем тусовщики Ивлеевой.

Песни украинских музыкантов включать опасно. Шутить опасно – причём неважно, о чём и как вы шутите. В рэп-батлах участвовать не надо – вдруг не то ляпнешь, снимать видео тоже. В 2023 году Z-сообщество ополчилось против Алексея Столярова, экс-зятя Шойгу, который поставил лайк под антивоенным постом Юрия Дудя. Статус Столярова помог ему избежать серьёзного наказания, хотя в качестве покаяния он всё же съездил на фронт. Обычного россиянина же за такое тоже могут отправить на фронт, но с ржавым автоматом в руках.

В принципе, из соображений безопасности лучше вообще удалить социальные сети, принять обет молчания и не выходить из комнаты, не совершать ошибки. Нынешнее государство с бешеной скоростью вводит в жизнь тоталитарные практики, начиная контролировать не только сферу публичного, но и частного. Человек перестаёт принадлежать себе. Не то, чтобы путинскому режиму было реально интересно, с кем вы спите, во что одеты и кого бросаете в сугроб, но свобода частной жизни является предпосылкой и условием свободы в целом. А свободный человек со всеми своими желаниями, амбициями и требованиями является угрозой диктатуры. И здесь мы возвращаемся к нашему прошлому.

Корни зла

Не нужно далеко ходить, чтобы увидеть удивительные исторические параллели с нынешними временами. Например, СССР 30-х годов. Тогда и сейчас товарищеские суды определяли, что именно является аморальными действиями. И сейчас, и тогда мораль была спорной и не до конца понятной. Пропаганда постоянно вещала про врагов-империалистов, а НКВД выискивало шпионов повсюду. Сначала под прицелом оказались чиновники на высоких должностях. Затем интеллигенция, богема и уже простые люди, непохожие на остальных. Под пытками люди оговаривали себя, соглашались с тем, что они шпионы. Но за пару лет ужесточения законов и всё более дикого поиска врагов шпионами и контрреволюционерами стали объявлять всех подряд. У нас в стране больше трёх с половиной миллионов осужденных по политическим статьям за отрезок с тридцатого по пятьдесят третий.

В нашем обществе с такой гигантской травмой в анамнезе возрождение тоталитарных практик кажется закономерным. Эта травма была с нами всегда. Но сейчас её словно разбередили. И государство снова проповедует лицемерие и лживую мораль, пытаясь загнать всех под плинтус единообразия и покорности. Кстати, вот вам ещё одна личная история. В 2009 году я – тогда молодой 21-летний студент – отправил свою фотографию в один из онлайн-журналов о городской моде на конкурс, который назывался «мистер Москва» или что-то в этом духе. Я тогда уже несколько лет занимался спортом и конечно мне хотелось немного похвастаться результатом. Но вот же я удивился, когда один за другим в комментарии стали приходить отклики разгневанных читателей о том, что меня надо гнать из профессии журналиста за топлесс фотографии и даже обещали жаловаться в редакцию. Не говорю уже о том, сколько комментаторов сделали по одной лишь фотографии вывод о моей ориентации.

Прошло чуть больше десяти лет. И теперь как мы видим людей действительно увольняют с работы за фото или видео в соцсетях.

К сожалению, обычный человек не может вынести из этой истории полезный урок – даже если он или она уже всё поняли, то всё равно они не застрахованы от случайных репрессий по доносу какого-нибудь городского сумасшедшего. Зато уроки могут вынести работники правоохранительных органов, наблюдая за судьбой их предшественников: Генрих Ягода и Николай Ежов управляли НКВД по два года, обоих впоследствии расстреляли. С 1934 по 1938 годы заместителями Наркомов работали семь человек – их всех расстреляли. Сегодня репрессируешь ты, завтра репрессируют тебя.

История показывает, что маховик репрессий будет раскручиваться до тех пор, пока не перемолет тех, кто его инициировал. И ещё история учит, что всё рано или поздно заканчивается. Главное до этого времени не потерять себя и остаться человеком. Продолжение следует.